Не будем загадывать

Автор Елена Ронина

24.09.2009 г.

Кристель, как всегда, пришла первой. Она заняла уютный столик у окна и заказала бокал пива. Сиси и Ута показались буквально через пару минут. Смешливая блондинка Ута и высокая,  всегда серьезная Сиси. Кристель постаралась абстрагироваться от того, что знают они друг друга всю жизнь, и понять, а на какой возраст выглядят ее подружки? Сиси, как всегда, с поджатыми губами. Очки в роговой оправе. Это они добавляют подруге возраста? Или все-таки их общий ценз в 57 лет  виден  и без очков и не смотря ни на какие улыбки? Извечные черные брюки.  Правда джинсовый пиджак – новый. О! Кристель его еще не видела. Понятно, Сиси хотела чем-нибудь поразить воображение подружек. Ну что ж, новый пиджак ей действительно шел. И потом – эта нитка жемчуга. Освежает. А куда ей еще наряжаться? Наверное, эти ежемесячные посиделки втроем единственное, что у нее осталось. Хотя Сиси никогда в этом не сознается. – Кристель, ты опять в своей любимой майке? Желтая, как цыпленок! «Сиси могла бы и промолчать», – подумала Кристель. Ута приобняла подругу, прижавшись поочередно к обеим ее щекам. – О! Зато новые духи! Что это? – «Хлое»! Как же ты не узнала? И, кстати, – на мне новый жилет. – Прости, не увидела. Но он же опять синий! – Ута с трудом втиснулась в свое кресло. – И как у них тут мало места. Только не говорите мне, что я поправилось. Нет, нет и нет! Вы видите на мне эту юбку? – Она попыталась привстать.– Я не влезала в нее года два. – Ута, ты и сейчас в нее не влезла. Талия – под грудью. Ты что, пива пить не будешь? – Сиси осуждающе смотрела на подругу. – Вот еще! Пиво – обязательно. Юбку можно и расстегнуть, у меня кофта длинная и тянется прекрасно. – Ута весело тряхнула золотыми кудряшками и натянула пониже черно-белый трикотажный свитер. – Нам пива! – Помахала Ута  официанту. – Так точно, любезная фрау, – приветливо улыбнулся молодой человек и побежал исполнять заказ. – Нет, вы представляете, вчера купила в Карштадте брюки за 149 евро, вечером зашла в соседний магазин, а там точно такие же за 120! – Сиси еще больше поджала губы и осталась совсем безо рта. – Как вам это нравится? – А цвет какой? – Ута  сделала большой глоток пива и удовлетворенно откинулась на спинку кресла. – Какой? Конечно черный! – У тебя черных брюк штук сто, наверное! И главное, все одной длины и одного фасончика. Зачем тебе столько, Сиси? Ну ладно – мы с Утой, толстухи известные, у нас даже джинсы между ног протираются. А ты-то всю жизнь худющая. – Кристель не смогла удержаться, чтобы не съязвить. Весь разговор был известен наперед. Сначала долго будут обсуждать: кто, что и почем купил. Закончат о вещах, перейдут к продуктам. Особо будет расстраиваться Ута, что прогадала на прошлой субботе и опять не сообразила, на какой рынок нужно ехать. Потом, естественно, речь пойдет о телевизионных шоу. И зачем всегда приглашают неправильных ведущих? А кого приглашать? Ну не их же! – Может, и не нас. У нас образование другое. Но есть же милые лица на телевидении! А не эти лошадиные морды… – Сиси особенно кипятилась по этому вопросу. Кристель вяло поддерживала разговор. Она не особо интересовалась тряпками. Действительно, любила свои яркие желтые футболки. Во всяком случае, в последние десять лет. И не хотела ничего менять. Джинсы, желтая футболка и какой-нибудь жилет с множеством карманов. Одежда у водителя такси в первую очередь должна быть удобной. Целый день за рулем автомобиля. Да и еще – открыть дверь, помочь положить чемодан в багажник. Это все ее работа. Парикмахерша Ута могла позволить себе и юбки, и длинные волосы, которые она постоянно закручивала в разнообразные замысловатые хвосты. А иначе кудряшки торчали во все стороны. Кристель работала сутками, ее могли вызвать клиенты в любое время, поэтому она всегда носила короткую мальчишескую стрижку, не экспериментировала с новыми прическами. Сиси отличалась от подруг. Она единственная после колледжа отправилась учиться дальше. И сейчас уважаемый в городе юрист. Хохотать ей, как Уте, не пристало. А уж вести себя, как Кристель?! Нет, это в принципе немыслимо, ни при каких обстоятельствах. Всегда с укладкой, волосок к волоску, стрелки на брюках отутюжены, длина всегда по щиколотку, ни на сантиметр короче, ни на сантиметр длиннее. И вечные роговые очки. Нет, ну почему их не поменять? Появились же новые модели, совсем легкие, просто стекла без оправы. Вбила себе в голову, что очки делают ее более солидной. Меняется только пиджак. И то, шило на мыло, по мнению подруг. Кристель все больше вжималась в стул, понимая, что медленно, но верно подруги приближаются к своей излюбленной теме и скоро начнут обсуждать ее, Кристель. Вернее, даже не так. Не обсуждать, а осуждать, клеймить позором. И это происходит на протяжении последних десяти лет. Одно и то же. Сначала, конечно, они скажут: – Нет, ну кто тебе сказал, что эта цыплячья майка тебе к лицу?! – и выразительно посмотрят сначала друг на друга, потом на Кристель. И понесется поток высказываний о том, как жить правильно, а как неправильно. Привычка встречаться каждый последний четверг месяца  укоренилась давно. Страшно даже вспомнить, сколько лет сидят они вот так за этим самым столом в старой пивной города Вольфсбурга, что рядом с выставочным павильоном. И пивные давно новые открылись, можно и в парке у Замка прекрасно посидеть или, к примеру,  на берегу дивного городского озера, где вода чистая и гладкая, как стекло. Нет же, их тянет сюда, в это маленькое помещение с узкими оконцами. И  именно здесь они много лет обсуждают свои неудачные покупки, неправильные цены  и неподходящих ведущих. Два часа. Ровно два часа их приватного времени каждый месяц. Один час сорок минут обсуждается то, что совсем неважно, и потом ровно двадцать минут то, важнее чего нет. Но есть регламент, и он не изменится никогда. А иначе можно и рассказать что-то очень личное, если вдруг окажется, что у нас не 20 минут, а, допустим, полчаса. Или обидеть, или обидеться. Но этого не будет никогда. Только так и никак иначе. Когда-то двадцать минут посвящались сыну Уты. Балбес никак не хотел идти работать, а шлялся по пивным барам дни и ночи напролет. Потом обсуждалась сестра Сиси, которая совершенно не занималась своими детьми и постоянно подкидывала их на выходные Сиси. Сестре казалось, что жизнь Сиси пройдена, а она еще молода, опять же – без мужа, кто же ей поможет? Какое-то время обсуждалась даже сама Сиси. Несмотря на сестриных детей, она сумела- таки познакомиться со вдовцом из Брауеншвайга, когда в очередной раз поехала покупать туда черные брюки. Надо сказать, что магазины Вольфсбурга были не самого высокого класса, и периодически на поиски своих любимых брюк Сиси оправлялась за 25 километров в Брауеншвайг. Роман был коротким, разочарование, напротив, продолжительным. И губы Сиси превратились совсем уже в скорбную ниточку. Последние десять лет 20 минут всегда посвящались Кристель. Раньше обсуждать у нее  было особо нечего. Практически идеальный брак. Муж – старше на 3 года, работал электромонтажником на Фольксвагене. Единственный сын – тоже лоботряс, но в пределах нормы. Все как у всех. По вечерам катались вокруг замка на велосипедах, по выходным – на лодке по озеру. Раз в год – обязательная экскурсия в Ауто-штадт, известный во всем мире автомобильный музей. Муж Кристель с гордостью показывал сыну завод, водил по элитным павильонам с Ламборджини. Да и сама Кристель не переставала удивляться мощи автоиндустрии. Ну как можно это все утроить и получить новенький автомобиль прямо из стеклянной вращающейся башни?! Все рухнуло в один день – муж умер от инфаркта ночью. Просто не проснулся утром. Ему на тот момент исполнилось 46, Кристель – 43. Нужно было учиться жизнь заново. И она училась ровно четыре года. А потом в ее жизни появился Себастьян. Сыну Кристель тогда исполнилось 25. Сиси выразительно посмотрела на Уту. Кристель незаметно перевернула руку. Ее огромный будильник показывал 16.35. Значит, Сиси найдет тему для разговора еще на пять минут. Можно не сомневаться. И действительно: – А вы идете на Лилу Даун? В субботу концерт в замке. – Я – точно нет, – покачала головой Кристель. – Настроения никакого. – Или денег?– Сиси внимательно посмотрела на подругу поверх очков. – Купите стоячие места. 13 евро. Или что, и это дорого? – Да нет, не дорого, говорю же, настроения нет. Ута, ты пойдешь? – А я не знала даже. Надо подумать. Я люблю концерты в замке. Все-таки на свежем воздухе. А стоя даже лучше. В прошлый раз был такой холод, так я плясала весь концерт. – Никого не сшибла? Подруги расхохотались. Все. Пять минут прошло. Сиси и Ута  одновременно, как по команде, повернули головы в сторону Кристель. – Нет, ну кто тебе сказал, что эта цыплячья майка тебе к лицу? «Началось, – подумала Кристель и тяжело вздохнула. – В конце концов – это всего 20 минут. Выдержать можно». – Или, может быть, вы поженились? И ведь не узнаешь! Говорила, как обычно, Сиси, Ута только одобрительно кивала головой. – Это ж надо умудриться найти парня с точно такой же фамилией! И добро бы фамилия была популярная! Так нет же. Вот ты, Ута, знаешь кого-нибудь с фамилией Конни, кроме нашей любимой подруги? – Конечно! Это друг нашей любимой подруги – Себастьян, – утвердительно закивала Ута, разведя руки в стороны. – Ну так как,  не поженились? – Нет, Себастьян последний месяц женат на своем компьютере. – Вот! – победно осмотрела подруг Сиси. – Это начало. Господи! И зачем только Кристель вспомнила про этот компьютер? Только действительно последнее время все стало совсем плохо. Себастьян возвращался с работы и утыкался в монитор. Спать он ложился далеко за полночь, Кристель не могла его дождаться. А утром так торопились на работу, что поговорить опять времени не оставалась. Женщина тяжело вздохнула, и желтая майка натянулась у нее на груди. Надо худеть, этот сидячий труд до добра не доведет. – А как относится ко всему этому твой сын? – Моему сыну наплевать, как, впрочем, и всем остальным. Не наплевать только вам двоим. – Потому что мы тебя любим, Кристель, – Ута легко погладила подругу  по большому плечу своей мягкой ладошкой. – К кому ты прибежишь, когда он тебя бросит? – А вдруг не бросит? – Сама же говоришь, вот уже компьютер начался. Это не с добра. Ута быстро затрясла своими кудряшками. – Смотри, Кристель, мы желаем тебе добра. Просто мы не хотим, чтобы  потом ты нас обвинила в безразличии, – Сиси повернула голову в сторону официанта, и тот сейчас же оказался подле стола. – Вас рассчитать? Отдельные счета? Дамы выпили по три бокала пива. Может, еще граппы напоследок? – Петер, никакой граппы! Неси счета, пожалуйста. – Пойдем, Ута. Кристель, ты с нами? – Нет, за мной должен заехать Себастьян. – Ну-ну, смотри, подруга. – Сиси, как всегда, холодно приложилось своей щекой к щеке Кристель. Ута с трудом выкарабкалась из кресла и обняла подругу горячо и нежно, шепнув потихоньку: «Держись!» Обе направились к двери. Кристель заказал еще бокал пива. Она любила эту старую пивную с вытертыми лавками и кружками пива на полках, и вечными бретцелями на закуску. Себастьян появился внезапно и даже раньше обычного. И, как всегда, Кристель залюбовалась им. Да, он младше на год ее сына, а саму Кристель – на 23 года. Только кому есть до этого дело?! И они вместе уже 10 лет. И она любит его ничуть не меньше. А он? Кристель – здравомыслящий человек и понимает, что, может быть, Сиси и Ута в чем-то правы. Но только Себастьян помог ей пережить то тяжелое время, поверить в себя, как в женщину. И никто и никогда не даст ей ее возраст. Даже полнота ее не портила и не могла скрыть блеск в глазах. И это все только благодаря Себастьяну. Что ждет их дальше? Да не будем загадывать! Сегодняшний день заканчивается хорошо.

 

« Пред.		След. »